Владимир Кара-Мурза: В распоряжении прессы оказался текст, проведенной «Единой Россией»

Владимир Кара-Мурза: В распоряжении прессы оказался текст, проведенной "Единой Россией"Владимир Кара-Мурза
Владимир Кара-Мурза: В распоряжении прессы оказался текст, проведенной «Единой Россией» в минувшие выходные дискуссии о нравственности и официальный партийный документ «Нравственные основы модернизации», в качестве которой, несмотря на закрепленный в конституции светский характер российского государства, партия власти видит православную религию. Как прямо указывают авторы, «их не устраивает, что в Конституции России записано, что никакая идеология не может быть признана государственной». Первая часть документа так и озаглавлена «Православие как нравственная основа модернизации». Как отмечает пресса, документ не только противоречит Конституции страны, которая закрепляет светский характер государственного устройства, но и является общественно опасным, учитывая многоконфессиональность России. О том, противоречит ли Конституции России стремление партии власти сделать православие нравственной основой модернизации, мы говорим с политологом Алексеем Малашенко и бывшим заместителем главы думского комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций Александром Чуевым. Усматриваете ли вы противоречия конституции страны и вот этого документа, озаглавленного «Единой Россией» как «Православие как нравственная основа модернизации»?

Алексей Малашенко: Вы знаете, во-первых, действительно противоречие существует. Сейчас я как раз на эту бумагу гляжу, на второй абзац, тут как раз «Православие как нравственная основа», и тут буквально какие-то непонятные предложения идут, и это, конечно, противоречит Конституции — это совершенно очевидно. Более того, это противоречит тому понятию, которое можно назвать Россия, потому что Россия — многоконфессиональное государство. И я прекрасно понимаю, что наши мусульмане, наше мусульманское духовенство всегда было лояльно власти в основном, но есть основания полагать, что это вызовет некоторое недоумение, не должно не вызвать. А вообще мы потом про это поговорим, документ, непрофессионально сделанный.

Насколько Россия «Православная»?

Владимир Кара-Мурза: Можно ли опасаться клерикализации российской общественной жизни с приходом Русской православной церкви во все ее сферы, о чем говорил Александр Чуев?

Алексей Малашенко: Во-первых, церковь туда не придет, несмотря на то, что, допустим, моему оппоненту Александру Чуеву этого хочется. Не придет церковь, давайте говорить правду. Посмотрите на такую вещь: по статистике самой церкви 80% православные, по Левада-центру, по его данным — 55-60%. По данным МВД 3,3% принимают участие в пасхальных службах, а всего хотя бы раз в месяц в церковь приходит 0,5%, 7% принимают участие в службах периодически. Думать, что Россия какая-то тотально православная страна — это, я бы сказал, хочется, но не получается, это не так. Поэтому тут клерикализации не получится. Более того, сейчас вводят предмет моральные основы, чего-то еще, я думаю, что дети будут бегать с него, у них и так мало времени. Я уверен, что все этим кончится, как раньше бегали с пионерских сборов.
Когда говорят — церковь с народом. Она действительно должна быть с народом. Те священники, которые помогают народу в трудную минуту, пенсионерам, униженным, оскорбленным, те действительно являются носителями некоего духа, некоей порядочности, морали, чего хотите. А на сегодняшний день церковь работает, давайте говорить честно, не с народом, а с государством. Так было, кстати говоря, и при царе. Есть такая традиция, плохая, хорошая, но это данность и никто от этого, по-моему, не уйдет — это надо признавать.
Так что, я думаю, что все-таки церковь, по-моему, может попасть в очень опасную ловушку. И вообще проблема обмерщвления церкви, в конечном счете может быть это будет несколько резковато звучать, но когда патриарх медийное лицо, постоянное медийное лицо, когда он участвует в рейтингах политиков и занимает место ниже Суркова, зам главы администрации, то как бы вам сказать, не чувствуется при всем его уме, таланте, активности, не чувствуется, как бы это выразиться поточнее, чтобы никого не обидеть, воцерковленности, что ли.
Вспомните тех патриархов, которые были до него – это были отстраненные люди. О них всегда население православное думало как о тех лидерах, о тех духовных лидерах, которые на отшибе стоят и смотрят на все это, дают советы, и к ним относились с большим уважением. А патриарх нынешний, но это как бы наш человек, он повсюду, нет этой священности, которая по идее должна быть ему присуща. И это тоже его трагедия. Потому что, да, он хочет активно вмешиваться в жизнь, но, по-моему, перебор. И по-моему, пример этого перебора — где-то два или три месяца назад в какой-то воинской части ему подарили парашют. Вот как вы думаете, могли бы Алексию Второму где-нибудь подарить парашют? Вот как он воспринимается людьми.

Владимир Кара-Мурза: Гейдар Джемаль, председатель Исламского комитета России, считает православие несовместимым с модернизацией.

Гейдар Джемаль: Православие — это консервативная традиция в фундаментальном аспекте, но которая является именно консервативной, именно категория выдерживающая, это традиция монархическая, традиция, которая сформирована политически в Византийской империи и которая принципиально в своих главных тезисах не изменилась с Никейского собора. Поэтому говорить о том, что ее можно превратить в нравственную основу модернизации — это абсолютно профаническая чушь. С другой стороны, политический ислам является модернизационным проектом, потому что он сосредоточен против бюрократического корпоративного государства, исламская умма, исламский джамаат — это первая историческая вер сия гражданского политического общества.

Михаил Ардов: Надо все-таки знать историю и некоторые ее факты не замалчивать, как это делает Александр Чуев. У церкви не было такой непрерывной истории от князя Владимира до Владимира Владимировича Путина. Товарищ Сталин, как всякий русский тиран, и Иван Грозный, и Петр Первый, о котором я потом скажу, и Сталин по отношению к церкви были не толерантны, мягко выражаясь. Сталин объявил безбожную пятилетку, пересажал, расстрелял всех почти священников и епископов, но во время войны для имиджа ему понадобилась карманная церковь, которую он 43 году в течение нескольких дней создал. Избрали патриарха Сергия, и дальше эта церковь, Московская патриархия была карманной церковью властей, управлял Совет по делам религий. Мало того, предпоследний председатель Совета по делам религий Харчев в одном интервью сказал страшные слова. Он сказал, что мы боролись с религией следующим образом: мы продвигали на архиерейские и лучшие должности заведомо растленных и безнравственных людей. А теперь мы хотим, чтобы эти люди нам делали духовное возрождение. И об этом забывать нельзя.
Теперь, что касается того, что может ли церковь оздоровить партию «Единая Россия» и путинско-медведевскую бюрократию. Такие моменты в истории были, но никогда для церкви и для великих подвижников они хорошо не кончались. Мы помним Иоанна Златоуста, который обличал императрицу вовсю, поэтому умер в ссылке, мы помним митрополита Филиппа, который обличал Ивана Грозного, и чем это кончилось. Так что на это надежды нет никакой. А вот это слияние нынешнее казнокрадократии и олигархии церковной и олигархии светской — это очень опасно.
И надо помнить не только это, а еще помнить вот что, что Петр Первый в свое время превратил Русскую православную церковь, кстати сказать, Русская православная церковь — это название дал Сталин в 43 году, она так никогда не называлась, и эту сталинскую кличку они носят до сих пор, она называлась Российская православная церковь. Но Сталин ее организовал для борьбы с Русской православной церковью за границей. Петр Первый превратил Российскую православную церковь в духовное ведомство Российской империи. Не так скоро, но как мы знаем, относительно скоро это привело к 17 году, когда церковь была в жесточайшем кризисе, и империя была в жесточайшем кризисе, и чем это кончилось, мы знаем. А сейчас, когда какие бы ни были императоры, тот же Петр Первый со Всесвятейшим собором, все же он был человек религиозный, про нынешних казнокрадократов я не могу этого сказать. Они стоят в храме Христа Спасителя и в правой руке держат свечки, как стаканы на фуршете. Соответственно, все это попытка с негодными средствами, это действительно дискредитирует церковь, Московскую патриархию до конца.

Мой блог находят по следующим фразам

Комментарии закрыты, но trackbacks и pingbacks открыты