Ещё раз о лесном кодексе Российской Федерации…

Ещё раз о лесном кодексе Российской Федерации...

«У каждой катастрофы есть фамилия, имя и отчество». Есть они и у нынешних пожаров — это фамилии депутатов партии власти, протащивших Лесной кодекс, ставший подожженным фитилем к бочке с порохом. Так что данная катастрофа — рукотворна.
Начало пожарам положили в 2005 г., когда полномочия лесников по охране леса передали Росприроднадзору, где в штате всего 10 тыс. человек, не обладающих навыками тушения пожаров. К тому же более они занимаются в основном подготовкой документов, а не обходами леса. В среднем один инспектор обслуживает 300 тыс. га леса. Способен ли он контролировать такие площади?

А 1 января 2007 г. по воле депутатов партии власти (за принятие проекта проголосовали 358 депутатов, против — 74, воздержался — 1) вступил в силу новый Лесной кодекс, который разрешает 80% лесов передать в частные руки арендаторов, и государственную лесную охрану попросту упразднили.

Согласно новому кодексу, «меры пожарной безопасности на лесных участках, предоставленных в аренду, осуществляются арендаторами этих лесных участков на основании проекта освоения лесов». Теоретически они отвечают за противопожарное обустройство лесов: строительство посадочных площадок для вертолетов, противопожарных дорог, прокладку просек, содержание пожарной техники и запасов горюче-смазочных материалов. Это дело дорогое и нежелательное бремя для арендаторов, которые противопожарными мерами попросту не занимаются.

Так что сваливать все на стихию властям нечего: именно партия власти, голосующая по указке из-за зубчатых стен, протащила этот закон, против которого резко выступала оппозиция, предсказывавшая последствия. Заголовки статей той поры говорят сами за себя: «Преступные поправки в Лесной кодекс внесены», «Будущее леса под вопросом», «Около Госдумы РФ прошла акция протеста против поправок в Лесной кодекс»…

Как песня в нынешнем угаре звучат тогдашние слова спикера Госдумы Бориса Грызлова, дескать, новая редакция кодекса позволит обеспечить восстановление лесов. Арендаторы, осуществляющие экспорт леса, должны будут заняться его переработкой, а также предпринимать меры по восстановлению лесов. Арендатор впредь будет ответственным за защиту лесов от пожаров, выполнение профилактических мероприятий… Что ж, Борис Вячеславович вообще не чужд доброй шутки.

Старт пожарам был дан. А ведь до 2004 г. система охраны лесов основывалась на так называемых «обходах». Участки леса были закреплены за работниками государственной лесной охраны, штатная численность которых по стране составляла около 70 тыс. человек. Они персонально отвечали за каждое дерево на участке и знали его, в том числе проблемные места, вырубали сухостой, ходили с ранцевыми огнетушителями, чтобы оперативно погасить занимающийся огонь, прокладывали противопожарные разрывы. Весь Центральный регион был покрыт наблюдательными лесопожарными вышками. Охрана лесов в России и Авиалесоохрана была одной из лучших в Европе, и с 70-х годов наш опыт перенимали многие страны.

В итоге за три года, как ликвидировали гослесохрану (без учета нынешнего коллапса), площади лесных пожаров выросли вдвое. К тому же количество миллиардеров в России (а только за последний год их приросло вдвое) должно за счет чего-то расти. Например, за счет резкого сокращения финансирования профилактики пожаров. В России на эти цели выделяется 1 руб. в год на гектар леса. А в США, где умеют считать деньги, сумма эта составляет 4 доллара — в 120 раз больше.

Борьба с огнем строится по административному(!) принципу: пожарами в деревнях занимается МЧС, в лесу — Рослесхоз, а торфяниками не занимается никто. Перекинулся пожар с леса на деревню— Рослесхоз смытывает шланги, уступает место МЧС.

Что любопытно: правительство Москвы публикует только данные о превышении допустимых максимально-разовых концентраций вредных веществ, то есть то, какую концентрацию отравляющих газов человек без вреда для здоровья выдерживает в течение 20 минут. Но мы дышим круглосуточно! Порой 20-минутные концентрации не превышают норм, в то время как среднесуточные запредельны.

Вот пресс-релиз о загрязнении воздуха в Москве утром 4 августа: угарный газ — превышение в 5,7 раза, специфические углеводороды — в 7 раз, взвешенные частицы — в 3,1 раза. Но если учесть эти объемы загрязнений как среднесуточные, то содержание угарного газа выше предельной нормы в 9,2 раза, взвешенных частиц — в 10,3 раза, а специфических углеводородов — в 184 раза!

А где же в это время лучший мэр вселенной? Почему в столь трагический момент не с москвичами, а то ли в предместьях Лондона, то ли в Альпах? И каково положение с охраной лесов там? Устами пресс-службы он дал понять: не ваше москвичачье дело, где отдыхаю: пожары дело подмосковное, меня не касается. Когда ему захотится, тогда он и воротится. Вроде, воротился, не прошло и месяца. Они же, власти— нанятые менеджеры, а не отцы народа. С какой стати менеджеры будут рисковать здоровьем за своих нанимателей? Тем более они благоразумно обустроили законы так, что наниматели, то есть граждане, уволить их не могут.

Интересно познакомиться со списком стран, куда уехали отдыхать народные избранники, которые, тыкнув пальцем в кнопку для голосования, кинули нас в ад. Как там Лесной кодекс? А ведь нас ждет еще принятие Водного кодекса. После того, как «Единая Россия» протащит его, нынешнее лето покажется нам райским времечком.

Хотя сообщения — трагичнее некуда, положение, описываемое центральными СМИ, сильно приукрашено: масштабы пожаров занижены в десятки раз. К примеру, 2 августа 2010 г. региональное управление МЧС по Ивановской области отчиталось: пожары потушены, а очаги возгораний, дескать, не превышали 1,5 гектара.

Но в области еще с начала июля идут сильнейшие пожары. Третий месяц жара, предсказуемые пожары, а власти словно ждали, когда вся страна будет охвачена огнем! У них и плана действий нет, кроме посулов отстроить дома вместо сгоревших да похоронить заживо спаленных.

В стране даже нет единой системы мониторинга и тушения лесных пожаров! На эти цели требуется около 20-30 млрд рублей. Их все не могут изыскать. Ежегодный ущерб от лесных пожаров еще больше: он составляет около 40 млрд рублей, — в этом году ущерб этот будет в разы больше. А кто вернет погибших?

На фоне третируемой оппозиции, пылающих лесов, испепеленных деревень, власть выглядит так, как выглядит. И сдвинутые брови, металл в голосе, деловитое перебирание бумажек, демонстрируемое нам с утра до вечера, лишь раздражает заживо сжигаемых людей. Потому что эта мышиная возня призвана спасти себя, а не бедных граждан. Нет ни одного сообщения о жертвах в районе Рублевки: там и лесоохрана, и любая другая зашита усилена в разы, а не уменьшена, как для простых россиян.

Власть боится соединения пожаров лесных и пламени народных настроений, страшится, что эти два: реальный и социальный — пожары соединятся. И все действия власти сводятся к тому, чтобы не допустить этого соединения. Отсюда и умалчивание об истинных масштабах катастрофы. И заведомо не выполнимые обещания, и массированный вброс телевизионных смех-шоу: «Всё хорошо, прекрасная маркиза».

Нынешняя власть начала свое смертоносное шествие по России с поджога Верховного совета в 1993-м, крестившись огнем. Не стали ли лесные пожары уже разлитым Аннушкой маслом, на котором вертикаль власти может поскользнуться?

Комментарии закрыты, но trackbacks и pingbacks открыты