Закон о полиции – разоружение Путина?

Закон о полиции – разоружение Путина?
Закон о полиции – разоружение Путина?

Странный и неконституционный законопроект о реформе МВД наделяет полицию презумпцией законности и выводит МВД из подчинения Путина. Значит, это кому-нибудь нужно?

На новом законе о полице-милиции, составленном в ведомстве Нургалиева и одобренном кремлевским «юристами», отплясались и отглумились уже все, кому не лень.
Самое цензурное определение нового законопроекта «неконституционный». Далее по тексту, что ни статья, то перл – видно, что для пущей секретности текст составляли люди, не только далекие от милицейской практики, но и вообще с очень существенными пробелами в юридическом кругозоре, особенно в части прав человека без фуражки. Похоже, это были люди из спецслужб, и хорошо, если из российских. Так что в шутке о том, что полицейская реформа украдена Медведевым у Саакашвили, доля шутки минимальна.
Правда, правовые фиалки нового закона сохранили специфический запах кремлевкого компоста. У грядущей российской полиции появились «права», а почему-то не «полномочия» и «обязанности». Ну, прямо какие-то «Правила пользования метрополитеном», где пассажир раз за разом «обязан», а сотрудники метрополитена «имеют право».
Устанавливаются откровенно неконституционная презумпция законности деятельности сотрудников полиции и их государственная защита. Подразумевается, что любые действия полицейского надо всегда рассматривать как законные. Что поделать, полицейское сердце – вещун, какие такие основания и ордера?

А это значит, что конституционный принцип презумпции невиновности гражданина может натолкнуться на презумпцию законности действий полиции, у которой на гражданина свои виды — только попадись под руку!
Такими пассажами МВД пытается вслед за ФСБ (только что получившей право «предостерегать гражданина от преступных намерений») расширить свои полномочия, чтобы прессовать граждан без оглядки на прокуратуру. Собственно, именно «презумпция законности» обеспечивает поддержку законопроекта в МВД.
По ходу дела презумпция законности милицейских (простите, полицейских) фантазий хоронит такую стандартную «буржуазную свободу», как право на неприкосновенность жилища, не говоря уже о давно похороненной тайне переписки. А поскольку все законно по определению, отпадает и потребность в прокуратуре.
Таким образом, законопроект — не что иное, как очередной конституционный переворот «сверху», в упором не замечаемый переведенным в Питер Конституционным судом. Недаром говорят, что статую Фемиды для кабинета Валерия Зорькина лепили с Елены Берковой.
Однако отметим, что определенный смысл в реформе таки есть – 01.01.2011 г. прекращается действие старого закона «О милиции» и многих других. А это — повод для проведения амнистии для наиболее рьяных служак. Остальные могут порадоваться тому, что миллиарды бюджетных рублей будут выброшены на перекраску автомобилей, переписывание табличек, переделку бланков, на пошив новой формы – от Юдашкина или другого идола гей-сообщества.
По замыслу АП, очевидную имиджевую пользу от смены «ментов» на полицаев получит Медведев. В оставшееся до выборов время каждый милиционер (полицай) станет ходячей рекламой с уже сформированным предвыборным слоганом (ассоциацией) – «Милиция – Полиция – Медведев». Впрочем, будет ли ассоциация позитивной?
Раздав бывшей милиции отпущение уголовных грехов, вплоть до джеймсбондовского «права на убийство», Медведев не обделил властью и себя – причем явно за счет своего премьера. Собственно, именно в этом и состоит смысл «рокировочки».
Так, определять структуру будущей полиции станет исключительно президент. Полиция останется федеральным органом исполнительной власти, руководимым непосредственно президентом. Однако до сих пор часть функций по руководству МВД осталась за председателем правительства. Например, правительством устанавливаются численность и размер оплаты работы милиции, а также бюджет МВД и привилегии для его руководства. Именно правительство РФ сегодня определяет порядок создания, состав и численность всех местных управлений как криминальной милиции ( прекрасное название! – ред.), так и милиции общественной безопасности и согласует назначения на ключевые должности региональных милицейских начальников. А теперь обязанность определить ее структуру, способ и величину оплаты труда полицейских отойдет от премьера именно президенту.
Кстати, отметим определенные коллизии в отношениях Медведева с силовиками. Так, что вопреки президентскому указу о публичном декларировании доходов госслужащих, сотрудники ФСБ, ФСО, ФТС, МиД РФ и СВР отказались обнародовать информацию о доходах. Поводом для этого был использован закон «О государственной тайне». По словам силовиков, этот акт запрещает им раскрывать кадровый состав своих ведомств, а, следовательно, и доходы своих сотрудников. Но не следует искать конфликта команд «силовиков-путинцев» и «медведевцев». Эти конторы привыкли считать себя государством в государстве, и насмерть стоят за сохранение особого статуса спецслужб и, соответственно, недекларированных коррупционных доходов.
Вопрос был только в реакции Медведева – спустит на тормозах или устроит показательную чистку?
В подобных случаях все начинается с зондажа: сначала возникает медийная кампания, потом ситуацию начинают комментировать лица из неофициального окружения Медведева, кто-нибудь типа Юргенса или Будберга. А вот когда волна поднимется, смотрят на реакцию общественности, и если реакция бурная, принимается решение о вмешательстве в нее президента.
Но тут силовики упредили и сами заявили президенту, что как лояльные госслужащие, они все как один за указ о декларировании доходов, но есть «нюанс, который не учли разработчики закона». И, дескать, сие есть не лобовая фронда, не проявление неуважения к президенту, а форма высказывания позиции о защите своих сословных прав. В результате Медведев уяснил, что сокрытие доходов силовиков в качестве гостайны — это не брошенный ему вызов, который мог бы повлечь за собой кадровые решения, а простая человеческая просьба не ворошить наворованного: все, мол, люди, а в МВД и вдвойне.
Правда, отвертелись и выкрутились не все. В Госнаркоконтроле по Свердловской области в ходе проверки, проведенной управлением генпрокуратуры РФ по УРФО, вскрыты грубые нарушения антикоррупционного законодательства. Так, вопреки требованиям законодательства начальник отдела контроля за легальным оборотом наркотиков не указал в справке о доходах полученную им прибыль в коммерческом банке, а руководители отделов собственной безопасности, кадров и воспитательной работы сокрыли сведения о находящейся у них в пользовании недвижимости. Ещё 19 сотрудников УФСКН не отразили в соответствующих отчётных документах сведения о принадлежащих им денежных средствах, размещённых на банковских счетах. Кроме того, есть претензии к службе судебных приставов, Роспотребнадзору.
Впрочем, что умолчания в декларациях! Ходят упорные и конкретные слухи, что должностями и кадровыми решениями в МВД торгуют, причем не свои, а кураторы из ФСБ.

И тут появляется Медведев с законопроектом о полицейском государстве, предлагающим МВД полную экстерриториальность, неподсудность и безнаказанность. По сути, полиция, как некогда – опричнина, выводится за пределы общегражданского правового поля. Естественно, в обмен на личную службу президенту, как суверену «государства МВД».

Комментарии закрыты, но trackbacks и pingbacks открыты